(1)В творчестве Л. Н. Толстого отразилось множество даров его. (2)Мы говорим не об отдельных периодах литературной деятельности, где, очевидно, и должны были выступить попеременно то одни, то другие дары. (3)Нет, в каждое его произведение влита удивительно многосоставная душа. (4)Это отчасти объясняется тем, что Толстой стоял ближе и натуральнее всех русских писателей к жизни, к действительности.

(5)Помещик, дворянин и семьянин, он ни от чего не отрекался, ничем не неглижировал, ко всему привязался горячо, хорошо: всё вырастил в себе: и земледельца, и землевладельца, и отца обильного семейства, деда внуков. (6)Всё это питало и грело его. (7)Он никогда не черпал впечатлений только из книг или из наблюдений на ходу, как это имеют несчастье делать почти все литераторы-беллетристы. (8)В жизни его даже есть неподвижность. (9)Мало видя заграницы, он не странствует и по Руси. (10)Всё сидит в Ясной Поляне. (11)Но это хорошее сиденье, без лени, без косности, без сна. (12)Он хорошо врос в землю, и через одну точку, через один корень русская земля, вся русская земля питает это красивое и долговечное дерево, своё любимое дерево. (13)Но здесь лежит только часть объяснения сложного состава его произведений.

(14)Сам он является изумительно сложной натурой, сложным талантом. (15)Благородная душа Толстого, благородная именно в силу многосоставности, и проникает внутрь предметов, видит их «душу» и чудно лепит их формы, любуясь ими, как артист. (16)Он любит мир и поучает его, проповедует, жалеет его и старается сатирой исправить его («Плоды просвещения»). (17)Нигде ту полосу земли, по которой ведёт свой плуг, не отделяет от мирского поля. (18)Теплота, правда, изобразительный талант, дар психологического прозрения, — чего, чего в нём нет?! (19)В одно и то же время он поучает, он наставник, и в то же время поучается, ученик. (20)Он учится даже у ребят, которых обучает грамоте в яснополянской своей школе. (21)Учится серьёзно, так сказать, трагически; не говоря о мужиках и солдатах, у которых постоянно учится, он учится и у монахов, у попов (исповедь Левина в «Анне Карениной»), у армейских офицеров («Севастопольские рассказы»). (22)Кое-что находит поучительного даже у таких господ, которых явно не любит и не уважает, которые ему антипатичны, как Вронский (твёрдость и постоянство воззрений и бытовых форм).

(23)Вообще, в склонности постоянно и у всех учиться, усваивать глубоким внутренним проникновением чужие взгляды, чужие точки зрения едва ли кто мог сравниться с Толстым. (24)Да, в нём это сочеталось, и его талант ученичества проистёк из того, что он всегда и везде был и ощущал себя великим маэстро. (25)Он неодолимо чувствовал, что оригинальности в нём не убавится, сколько бы он ни повторял чужих слов, ни подражал чужим формам жизни, начиная от сектанта-мужика Сютаева и кончая великосветским львом (первая фаза его молодости и литературы) и добрым хозяйственным помещиком. (26)Всему отдавался, ничему не отдал себя. (27)Всё вкусил, ничем не насытился. (28)Всё любил, ничем не поработил себя.

(По В. В. Розанову*)

* Василий Васильевич Розанов (1856–1919) — русский религиозный мыслитель и философ, литературный критик, переводчик, публицист и писатель.